Специальный представитель генерального секретаря ООН по вопросам бизнеса и прав человека Джон Рагги, впервые за время пребывания в этой должности приехал в Москву. Он участвовал в международном форуме "Бизнес и права человека. Защита. Уважение. Гарантия справедливости", прошедшем 16 марта по инициативе ООН и Ассоциации менеджеров.
На форуме была предпринята попытка оценить возможности и перспективы внедрения в российскую практику системы подходов в отношении бизнеса и прав человека, предложенных специальным представителем еще в 2008 году и получивших одобрение Совета ООН по правам человека. Речь идет о трех основных принципах: обязанность государства – защищать права человека от посягательств третьих сторон, включая бизнес; обязанность корпораций – уважать права человека; обеспечение всеми общественными институтами большей доступности эффективных механизмов защиты прав для пострадавших.
С 1990-х годов социальная роль бизнеса и его влияние на права человека существенно возросли, одновременно увеличилось количество кампаний и исков против бизнеса в связи с нарушением прав человека, отметил в своем выступлении Джон Рагги. Самый высокий уровень таких нарушений – 28% - наблюдается в Азиатско-Тихоокеанском регионе, куда входит и Россия. В Африке и Латинской Америке этот показатель составляет 22% и 18% соответственно, в Европе – только 3%. Больше всего от деятельности компаний страдают их сотрудники и местные сообщества (по 45%); доля конечных потребителей среди тех, чьи права нарушаются в связи с действиями бизнеса, составляет 10%. Самыми "вредоносными", по оценкам Джона Рагги, являются добывающие и розничные торговые компании.
Если говорить о российской специфике, то права человека нуждаются в защите в том числе от посягательств самого государства, уверен исполнительный директор Ассоциации менеджеров Сергей Литовченко. Кроме того, для России характерен низкий уровень осведомленности граждан о своих правах и ожиданий относительно предоставляемых государством обязательных услуг. Что касается обязанности компаний уважать права человека, то она тесно переплетается с корпоративной социальной ответственностью. И здесь существует несколько острых моментов. "Первый из них – отсутствие четкого определения границ самого понятия корпоративной ответственности; смещение понятий социальной добросовестности, благотворительности и законодательно фиксированных обязательств", - считает С. Литовченко.
Это особенно сильно сказывается на взаимоотношениях компаний с местными властями. Иногда такие отношения в России приобретают черты коррупционных. Реализация третьего принципа – обеспечения доступности эффективных механизмов защиты - напрямую зависит от эффективности общественных институтов. Механизм социальной справедливости в России в полной мере не работает. "О доступности и прозрачности эффективных процедур, оспаривании несправедливых транзакций и речи быть не может до тех пор, пока понятие социальной справедливости не перестанет проецироваться в массовом сознании как обязанность делиться нажитым", - подчеркнул С. Литовченко.
Уполномоченный по правам человека в Пермском крае, сопредседатель Координационного совета по правам человека в субъектах РФ Татьяна Марголина, считает, что эффективным механизмом защиты прав граждан от недобросовестного поведения бизнеса является направление претензий государству. "Реальная жизнь и реальные взаимоотношения с населением свидетельствуют о том, что народ чаще всего протестными действиями голосует за то, чтобы государство отвечало в том числе за недобросовестное поведение бизнеса", - отметила Т. Марголина.
Также государству следует использовать разнообразные инструменты, мотивирующие бизнес уважать права человека, подчеркнул Дж. Рагги. Прежде всего принципы соблюдения прав человека необходимо внедрять в госкорпорациях. Соблюдение этих принципов нужно сделать одним из критериев при выборе подрядчика на исполнение государственных заказов. Еще один путь – требовать от компаний указывать в отчетах наличие или отсутствие политик и стратегий в области корпоративной ответственности.